14 ноября в Государственном историческом музее открылась выставка «1682 год. Кровавый рассвет». Это название, взятое, казалось бы, из голливудского боевика, не случайно. Оно отсылает нас к увертюре («Рассвет на Москве-реке») великой оперы М.П. Мусоргского «Хованщина», музыкальному произведению, посвященному событиям 1682 г.

Именно тогда, в мае 1682 г., решением Боярской Думы на престол был возведён малолетний Пётр Алексеевич, и воцарение будущего великого преобразователя России сопровождалось невиданной по накалу политических страстей кровавой схваткой вокруг трона. Ударной силой выступили десять полков московских стрельцов — «преторианская гвардия» российских государей. Таким образом, и стрелецкий бунт, и начало правления Петра оказались связаны не только хронологически, но и стали прологом к одному из самых напряжённых и ярких периодов истории России — эпохе реформ и преобразований первой четверти XVIII в.

Начало выставочного действа было необычным. У входа в музейные сени приглашённых встречали стрелец и боярин. Потом боярин исполнил арию Хованского из одноимённой оперы Мусоргского. И сразу все почувствовали себя участниками драмы, которая свершилась 325 лет назад не на театральных подмостках, а наяву.

Традиционно выставку открыл директор ГИМа А.И.Шкурко, предоставив слово директору Российского государственного архива древних актов М.Р.Рыженкову. Тот в кратких, но образных фразах рассказал об истории стрелецкого бунта и обстоятельствах начала царствования Петра Алексеевича. М.Р.Рыженков отметил, что ГИМ показывает образец правильного отношения к событиям и личностям отечественной истории, не минуя и страшные, а подчас и кровавые страницы прошлого. Кроме того, музей очень бережно относится к архивным документам, постоянно включая их в свои экспозиции, и даже реставрируя собственными силами, за что РГАДА выражает своим коллегам особую благодарность.

Ленточку разрезал академик РАО, член редколлегии газеты «История» профессор С.О.Шмидт, и публика начала знакомиться с экспозицией. Это портреты и графика, вещевой и нумизматический материал, документы из ГИМ и РГАДА. Среди графических изображений стрелецкого бунта 1682 г. уникальными художественными достоинствами и точностью отличаются миниатюры рукописного «Жития Петра Великого», составленного П.Н.Крекшиным. Пётр Никифорович Крекшин (1684—1763) был новгородским дворянином, служившим при Петре Великом в Кронштадте смотрителем работ. Его обвинили в растрате казённого имущества и сослали, но потом он был оправдан и вновь принят на службу. С 1726 г. Крекшин находился в отставке и занимался собиранием материалов по русской истории. Сама редчайшая книга — гордость собрания отдела рукописей ГИМ.

Миниатюры П.Н.Крекшина («Житие Петра Великого»)	Чугунная плита с текстом приговора стрельцам

На выставке демонстрируется и компьютерная презентация миниатюр рукописи П.Н.Крекшина, рассказывающих о стрелецких «самовольствах». Иллюстрацией же к их жизни и обычаям служат оружие и предметы амуниции, графика и картографические материалы. Важнейшее место занимают электронные увеличения — реконструкции внешнего облика стрельцов и знамён стрелецких полков.

С.О.Шмидт на открытии выставки

Посетители выставки смогут также увидеть и изучить уникальную чугунную литую плиту. Это единственный сохранившийся экземпляр такого рода памятников. Они обязаны своим происхождением следующим обстоятельствам. В 1698  г., когда молодой Пётр находился за границей в составе Великого посольства, стрельцы опять подняли мятеж, намереваясь расправиться с ненавистными боярами, иностранцами-офицерами, разорить Немецкую слободу, разграбить боярские дома, а в результате — посадить на трон царевну Софью и вновь сделаться могущественной силой в Москве. Как известно, новый бунт стрельцов был подавлен, их войско разбито под стенами Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря, властями учинён новый кровавый розыск.

Только к концу 1698 г. через Преображенский приказ «прошло» 1700 стрельцов, из которых 799 человек были признаны «достойными» смертной казни. Виселицы стояли по всему Белому и Земляному городу, у ворот Новодевичьего монастыря, в слободах четырёх стрелецких полков. Тела казнённых стрельцов долгое время оставались на местах экзекуций, и только в конце февраля 1699 г. их разрешили похоронить около дорог, ведущих из Москвы. Специальным указом Петра I на Красной площади и около могил были воздвигнуты каменные четырёхгранные столпы с укреплёнными на каждой из сторон чугунными плитами. На них был выбит текст приговора стрельцам, зачитывавшийся перед казнями, с перечислением их преступлений. Как раз одна из таких плит и представлена в экспозиции.

Покидая выставку, словно видишь ожившие тени стрельцов. Память о тех давних событиях свидетельствует: нет ничего страшнее гражданских смут и неустройств. И вспоминаются строки поэта, который тоже был свидетелем страшной Смуты начала XX столетия:

Прославим роковое бремя,
Которое в слезах народный вождь берёт.
Прославим власти сумрачное бремя,
Её невыносимый гнёт.
В ком сердце есть — тот должен слышать, время,
Как твой корабль ко дну идёт.

(Осип Мандельштам)

Выставка продлится до 15 января 2008 г.

Алексей СОКОЛОВСКИЙ
Фото автора и На_Че