Светлый месяц над конным топищем

Pусский фольклор на уроках истории в 6 и 7-х классах

На современном этапе развития общества представляется важным обращение к русскому фольклору как историческому источнику, т.к. он помогает проследить историческую жизнь народа и составить представление о его мировоззрении и психологии. История фольклора неразрывна с историей народа

В произведениях фольклора мы находим описание древних русских городов. Например, по былинам можно составить представление о Киеве, каким он был до разрушения монголо-татарами в 1240 г. Киев всегда называется в них великим стольным городом, т.к. долгое время являлся столицей Древнерусского государства. Он был окружён городовой стеной, по её углам стояли наугольные башни.

«Перескочи через стену городовую, через ту башню наугольную», — говорит в одной из былин предводитель вражеского войска Батый своему послу. Почти все старые русские города имели подобные стены и башни. Вначале они были деревянные, а потом каменные. Мы можем также узнать, какое оружие имели богатыри: тугой лук, стрелочки калённые, палицу, копьё мурзавецкое (от татарского слова «мурза» — «князь»), кинжал, иногда саблю.

В 6-м классе, при изучении темы «Правление князя Владимира и Крещение Руси», можно использовать былину о сватовстве Владимира к Апраксии — младшей дочери политовского короля.

Отдельные варианты былины сохранили исторически достоверный ответ, услышанный сватами князя от политовского короля: «Да как ваш-то князь невелик собою», и ещё: «А князь-от Володимир да быв холопище».

Летопись под 980 г. рассказывает, что ещё во времена княжения в Новгороде Владимир заслал сватов в Полоцк просить у князя Рогволода руки его дочери Рогнеды. Гордая полоцкая княжна отказала послам, заявив, что не хочет «разути робичича».

В свадебном обряде «разуть жениха» означало стать женой, а «робичич» — сын рабыни. (Владимир действительно был сыном ключницы Малуши и князя Святослава.) Рогнеда оскорбила князя. Владимир разорил Полоцк и взял Рогнеду в жёны насильно. Полоцкое княжество находилось на западной окраине русских земель и позднее на некоторое время включалось в пределы Литвы. Поэтому былины и говорят о Политовской земле.

Рассказывая о нашествии Батыя на Русь, можно привести отрывок из былины «Илья и Калин-царь».

Нагнано-то силы много множество,
Как от покрику от человечьего,
Как от ржанья лошадиного
Унывает сердце человеческо;
Мать сыра земля от войска потрясалася;
В конном топище красного солнца не видать было,
А светлый месяц от пару конского померкнул вест...

Запечатлённые эпосом шум обозов, крики, ржание, удушливые конские испарения, затмившая небо пыль исторически достоверны.

В былине говорится о том, как могли бы сложиться события, окажись забытой взаимная вражда и несогласие князя и воинов. Имя предводителя татарских полчищ не соответствует имени хана Батыя. Калин — слегка искажённое нарицательное имя библейского Каина-убийцы.

При изучении политической жизни Новгорода XII—XIII вв. можно использовать былину о Ставре. Ставр — историческая личность. Он действительно жил в Новгороде в X—XI вв. и был предводителем сотни. В былине Ставр — торговец-ростовщик. Он похваляется тем, что даёт бедным деньги в долг. Киевский князь гневается на Ставра за его похвальбу. Какова же причина его гнева? Здесь следует сказать о существовании устава Владимира Мономаха о процентах. Киевский князь, желая подорвать влияние новгородских ростовщиков, ограничил их во взимании процентов. Владимир разгневался на Ставра за его похвальбу богатством.

В былинах отражены события, которые имели огромное значение для судьбы народа и государства. В них поэтически изображаются характерные для Древней Руси военно-политические столкновения и социально-бытовые ситуации.

Былина про Василия Буслаева изображает борьбу новгородских политических партий. С детства в Ваське Буслаеве живёт дух враждебности к торговому посаду.

Особенно часто он бьёт сверстников из этого конца города. Посадские мужики грозят «наквасити, река будет Волхова» — утопить Ваську. Осуждённых в Новгороде сбрасывали в реку с моста, так наказывали за серьёзные преступления. Чтобы защитить себя, Васька набирает дружину. Именитые новгородские люди держали при себе вооруженную челядь. Васька знатного рода, учён грамоте и богат. Дружину составили не просто молодцы, способные выдержать удар червленого вяза по буйной голове. Их соединяет общая вражда к посаду. Это люди из разных сословий и даже из других городов. Среди них — Костя Новоторжанин, удалец из Нового Торжка, упомянуты два брата-боярчёнка и мужики из какого-то Залесья — «залешана», «братья Сбродовичи», бродники, первообраз «ушкуйников», которые ходили в лодках на разбой далеко за пределы Новгородской земли.

Васька с товарищами появляется на пиру, где собрались посадские, и затевает ссору. Враждующие ударяются об заклад — побитому отдать всё состояние и быть в подчинении. Сторону посада приняли князь и архиепископ. Васька грозит побить «весь Новгород», хотя имеет в виду именно посад — «мужиков новгородских», «купцов богатых». Посад забрал настолько большую силу в Новгороде, что соединился с понятием города. В этом же смысле «весь Новгород» назван и в древних актах деловой письменности. Спор Васьки с торговым посадом приводит к серьёзному городскому столкновению. В Новгороде XII—XIII вв. была очень сильной «суздальская партия», состоявшая из богатых торговцев. При вражде Новгорода с владимиро-суздальскими княжествами они терпели убытки. Выступая против богатых торговцев, Васька бьётся против великокняжеских претензий на власть над Новгородом.

Новгород в былинах — славный и великий, широко освещается своеобразная жизнь торговой республики. Здесь нет воинских подвигов, описывается торговое могущество Новгорода, его богатство, соперничество с Москвой. Содержится много деталей быта средневекового города, — например, изображаются кулачные бои — любимое развлечение древних новгородцев.

В 7-м классе, изучая период правления Ивана Грозного, можно обратиться к исторической песне «Взятие Казанского ханства». Это событие, происшедшее в 1552 г., было положительно воспринято народным мнением. В изображении осады Казани песенные варианты самым подробным образом рассказывают о случившемся у её стен. Пушкари закатили в подкоп под казанскую стену бочку с порохом, установили на одну из них свечу. Догорит до основания свеча — произойдёт взрыв и разрушит стену. Такую же свечу для контроля поставили и в поле у царского шатра. И вот догорела наружная свеча, должна догореть и та, что в подземелье, а взрыва нет. Царь-государь «распаляется — разгневляется», хочет казнить пушкарей-зажигальшиков. Он заподозрил измену. Испуганы все большие люди, а молодой пушкарь выступил вперёд и сказал:

«Ох, ты гой еси, государь-царь Иван Васильевич!
Не приказывай, государь, казнить-вешати,
Прикажи ты, государь, слово выговорить.
На ветру свеча скоро топится,
В захолостьи свеча долго теплится».

Только выговорил — взорвались бочки с порохом. Русские воины вошли в пролом, и Казань пала. В песне обращается внимание на то, что царь подозрителен, видит измену и там, где её нет. Острота песенного замысла понятна, если припомнить, что на Руси при Иване Грозном происходило массовое истребление населения. Певцы изобразили многие достоверные черты осады Казани. Во многих вариантах воспроизведена и «топография» осады:

Подходили под Казанское царство
                     за пятнадцать вёрст,
Становились они подкопью под Булат (Булак) —
                                                       реку,
Подходили под другую под реку — реку
                                          под Казанку...

Упоминаются также река Свияга, Свияжск-крепость, Сулай-река.

Очень интересна историческая песня, повествующая о гневе Ивана Грозного на сына Фёдора. В ней народ выразил своё отношение к опричнине. Свидетельства фольклора тем ценнее, что в биографии Грозного целый ряд событий обойдён полным молчанием.

В вариантах песня по-разному называет причину гнева Ивана Грозного на Фёдора. Будто бы тот противодействовал отцу — спасал жителей городов, в которых царь учинил массовые казни. Города, в которых, по свидетельству песен, происходили казни, разные: Новгород, Псков, Москва, даже Царьград, но чаще всего название отсутствует. Многочисленность указаний тоже показывает размах репрессий. Мучителями изображен и сам Грозный, и его подручные из опричнины с Малютой Скуратовым во главе. Той улицей, где ехали они, «и кура не пила» — истреблено всё живое: царь «всех сёк, и колол, и на кол садил».

Фёдор противостоит царю и опричнине. Грозный предстаёт поспешным в действиях и неправым. Песенный Малюта Скуратов — реальное историческое лицо, Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. Имя его стало нарицательным, синонимом палача и мучителя.

В 7-м классе, изучая историю Смутного времени, в качестве примера можно привести песню о Григории Отрепьеве. В ней народ обличает самозванца. Он нарушитель добрых православных обычаев. Отрепьев сыграл свадьбу с «Маришкой дочерью Юрьевной» не в «указный день». Об этом сказано в самой ранней из дошедших до нас песен в записи:

А свадьба была на вешней праздник,
На вешней праздник, Миколин день:
Миколин день был в пятницу,
А у Гришки свадьба в четверток была...

Свадьба Григория и Марины Мнишек действительно была сыграна в четверг 8 мая 1606 г., накануне Николина дня. В песне говорится, что московские бояре идут к заутрене, а «Гришка с Маришкой в байну пошёл», бояре от заутрени идут, а «Гришка с Маришкой из байны иде». Неподобающее поведение изобличило в самозванце и грешника, и нарушителя благочестия.

Также представляет интерес песня о герое освободительной борьбы — воеводе князе Михаиле Васильевиче Скопине-Шуйском.

Племянник царя Василия Ивановича Шуйского молодой воевода Скопин прославился блестящими победами над врагами. По договору 1609 г., действуя по воле царя, он сумел получить наёмное шведское войско.

Соединившись с поволжской ратью Ф.И.Шереметьева, он начал в мае освободительный поход. Были одержаны победы в уездах по Волге, во Владимиро-Суздальской земле, снята осада с Троице-Сергиева монастыря, взят Дмитров. В марте 1610 г. Москва встретила победителей колокольным звоном, а в апреле, в момент наивысшей своей известности и славы, удачливый молодой воевода умер. Это случилось после крестин у князя И.М.Воротынского.

Песня даёт представление о событии и настроениях той поры. Смерть Скопина оплакивают «гости» московские: это ремесленники и торговцы, преобладающая часть жителей Москвы.

А теперь наши головы загибли,
Что не стало у нас воеводы
Васильевича князя Михаила!

Иначе воспринимают известие «князи-бояре»:

И между собой они слово говорили,
А говорили слово, усмехнулися:
«Высоко сокол поднялся
И о сыру матеру землю ушибся!»

Названы имена недоброжелателей. Среди них — «Мстиславской, князь Воротынской». Ф.И.Мстиславский — глава семи бояр, сменивших Василия Шуйского. И.М.Воротынский — его единомышленник, влиятельный боярин. На крестинах именно у Воротынского, как говорили на Москве, Скопин и был отравлен.

Очень интересно упоминание о печали «свецких немцев». «Немцами» называли всех иностранцев, не говорящих по-русски. Шведы оплакивали военачальника — их соединило со Скопиным ратное дело, и горе их было выражением личной приязни к удачливому воеводе.

Побежали немцы в Нов-город
И в Нове-городе заперлися.

Действительно, остатки шведов-наёмников после поражения под Смоленском во главе с Яковом Делагарди отошли к Новгороду, а спустя год, в 1611 г., пользуясь сложившейся обстановкой, начали действовать уже против новгородцев.

И мною мир-народ погубили,
И в латынскую землю превратили.

Песня о Скопине прямо перекликается с «Писанием о представлении и о погребении князя Михаила Васильевича Шуйского, рекомого Скопина». Полагают, что «Писание» было создано на основе народных песен.

При изучении народных движений в XVII в. обращаемся к песням о Степане Разине. Здесь передана живая картина событий мятежа. Разин представлен таким, каким знаком нам по документам. Известно, что, разбив казённые суда под Астраханью, он сказал подневольным людям: «Вам всем воля, идите себе, куда хотите; силой не стану принуждать быть у себя, а кто хочет идти со мной — будет вольный казак. Я пришёл бить только бояр да богатых господ, а с бедными и простыми готов, как брат, всем поделиться». И в песнях Разин прославлен как народный заступник.

Творцы песни «Течёт Яик быстрёхонько, урываючи круты бережки...» называют Разина «душой воровским атаманушкой». Слова «воровской», «вор» в современном значении сопрягаются с отрицательной оценкой. В старинном языке в осудительном значении употребляли другие: «тать», а кражу соответственно именовали «татьбой». «Воровством» называли не тайное, а открытое нападение. По этой причине сочетание «душа воровской атаманушка» не заключало в себе противоречия и откровенно негативного смысла. Песня многое говорила современникам этих событий. Разинское сообщество объединяло людей, верных друг другу. Их сплочение вокруг «батюшки» Степана было таким тесным и близким, что себя его молодцы называли «сынками».

Таким образом, мы видим, что народное поэтическое творчество, зародившись ещё в глубокой древности, до появления письменности, долгое время было единственной «неписанной историей» народа, художественно отразившей важнейшие этапы его жизни. Фольклор на протяжении многих веков служил народу и как «учебник жизни», передающий из поколения в поколение его мудрость, житейскую философию, этику, и как средство воспитания характера, лучших человеческих качеств: любви к Отечеству, мужества, стойкости, честности, доброты. Поистине — это энциклопедия поэтических знаний народа, дающая полное представление об его духовно-эстетических богатствах. Поэтому фольклорные произведения являются ценнейшим материалом для изучения русской истории и мировоззрения людей X—XVII вв.

Светлана ГОВОРОВА,
учитель истории и музыки
СОШ № 16 (г. Старый Оскол)

Советуем прочитать

Аникин B.П. Русское устное народное творчество: Учеб. / В.П. Аникин. М.: Высш. шк., 2001.

Бахтин B.C. От былины до считалки: Рассказы о фольклоре / Переизд.; рис.
С. Острова. Л.: Дет. лит., 1988.

Былины / Составление, вступительная статья и примечания С.Н.Азбелева.
Л.: Лениздат, 1984. (Б-ка народно-поэтического творчества).

Бычко А.К. Народная мудрость Руси: анализ философа. К.: Высш. шк. Изд-во при Киев. Ун-тe, 1988.

История России с древнейших времён до конца XVII  в. / А.П.Новосельцев, А.Н.Сахаров, В.И.Буганов, В.Д.Назаров; отв. ред. А.Н.Сахаров, А.Н.Новосельцев. — М.: АСТ-ЛТД, 1997.

Путилов Б.Н. Русский историко-песенный фольклор XIII—XVI вв. М.—Л., 1960.

Рыбаков Б.А. Древняя Русь. Сказания. Былины. Летописи. М., 1963.

Шимбинаго С.К. Древнерусское жилище по былинам // Юбилейный сборник в честь академика В.Ф.Миллера. М., 1990.