ПЕРЕВОСПИТАННЫЙ ИМПЕРАТОР

Усов В. Последний император Китая.
Пу И (1906—1967). — М.: Олма—Пресс, 2003.

Ещё вчера отсталая, нищая, одурманенная опиумом, бывшая страна-полуколония сегодня наступает нам на пятки, обгоняя Россию по всем показателям, одевает и обувает всю планету и разворачивает стройку века, чтобы предстать перед миром во всей красе к 2008 г., когда столица с трёхтысячелетней историей будет принимать Олимпийские игры. Не трудно догадаться, что речь идёт о нашем соседе — Китае, который всем на удивление нашёл формулу компромисса между коммунистической идеологией, законами современного рынка, своими древними традициями. «Красная» страна может быть интересна россиянам не только феноменом «Большого скачка» в XXI век, но и своей удивительной историей, имеющей много общего с нашей: свержение монархии и многовековых устоев, кровопролитная гражданская война, приход к власти коммунистической партии, дружба СССР и «младшего брата».

Но истории наших стран отнюдь не повторяют друг друга. Дао (китайск. путь; в данном случае — судьба) последнего императора Китая всё же не так трагично, как судьба последнего наследника трона царской России. Пу И умер своей смертью, но за 60 лет жизни ему, как никакому другому Сыну Неба, пришлось испытать много унижений, стыда и страха. История жизни отрекшегося от престола властителя Поднебесной подробно исследуется в книге Виктора Николаевича Усова, доктора исторических наук, ведущего сотрудника Института Дальнего Востока РАН «Последний император Китая. Пу И (1906—1967)».

Начало повествования носит поистине детективный характер. «Менее чем за 30 часов, с 14 по 15 ноября 1908 г., в жизни Запретного города, Пекина, всего Китая произошло три довольно значительных события, — интригует читателей автор, — неожиданная смерть 36-летнего императора-маньчжура Гуансюя, назначение вдовствующей императрицей Цы Си двухлетнего Пу И наследником трона; довольно странная кончина от дизентерии на 74-м году жизни самой императрицы Цы Си, правящей единолично Китаем 47 лет». Но беллетристический туман рассеивается, как только понимаешь, что за каждой строкой книги скрываются реальные судьбы целых поколений огромной страны, в которой проживает сегодня пятая часть населения Земли.

Эра правления Пу И, — время убийств, заговоров, разногласий и хаоса — получила по китайским традициям название «Сюань-тун» — «Всеобщее единение». Судьба ещё не раз будет смеяться над повелителем Поднебесной. Каждому китайскому школьнику известен эпизод, когда отец-регент силой удерживал Пу И на троне во время всей церемонии принесения присяги маленькому властителю и успокаивал ребёнка словами, которые позже истолковали как дурное предзнаменование: «Не плачь, сынок, скоро всё это кончится!»

Тяжёлые испытания обрушились на Пу И сразу после провозглашения его наследником престола. Истоки бед императора и его отрицательных качеств: трусости, неуравновешенности, жестокости, подозрительности — автор находит ещё в раннем детстве. Будучи практически изолированным, Пу И прожил в маленьком мирке Запретного города почти 13 лет вплоть до его изгнания республиканской армией в 1924 г.

Воспитанием мальчика занималась наложница Дуань Канн, которая в своей строгости пыталась подражать императрице Цы Си. Последняя прославилась тем, что создала лучшую шпионскую систему при дворе. В традициях Цы Си Дуань Канн подсылала евнухов следить за действиями маленького императора.

Пу И не мог никому довериться, боялся даже заснуть, всё время ожидая заговора. Не имел он и полноты власти, которая была сосредоточена в руках маньчжурских принцев. «С детских лет я постоянно слышал, что во дворце происходят кражи, пожары и даже убийства, не говоря уж об азартных играх и курении опиума», — признавался впоследствии Сын Неба. Обитатели Запретного города были до глупости консервативны, противясь всему новому: от приобретения очков для маленького императора до установки телефона.

Тогда Пу И исполнилось 6 лет, было решено заняться его обучением. Но методы, которые при этом использовались, вряд ли пошли императору на пользу. За любую его провинность учитель наказывал соучеников мальчика. Вместе с тем никто не обращал внимания на открывшийся талант Пу И писать стихи. Читатель сам может оценить поэтические способности императора: в книге В.Усова приведены переводы его стихов. Даже выбор невесты не зависел от желания императора. Галочку на фотографии избранницы Пу И ставил сначала с позволения «матери»-наложницы, позже — офицеров Квантунской армии.

Худшие качества обитателей Запретного города вскоре проявились и в характере Пу И. По его приказу евнухов часто избивали бамбуковыми палками, убили любовника жены Вань Жун, а незаконнорождённого младенца сожгли. Вся деятельность императора сводилась к следующему: он ел, спал, ругался, гадал, молился, принимал лекарства, читал книги о дьяволах и духах, писал дневники (большинство из которых сжёг перед арестом) и предавался созерцанию.

После Синьхайской революции 1911 г. власть оказалась в руках Юань Шикая, выдвинутого США, и Сунь Ятсена, который стал временным президентом Китайской республики. 12 февраля 1912 г. маньчжурский император Пу И отрёкся от престола.

В том же году была принята временная конституция, провозгласившая ряд гражданских свобод, а для бывшего императора стали действовать т.н. «льготные условия», сохраняющие за Пу И «почётный титул». Однако когда в стране установилась военная диктатура, они были аннулированы, а Сыну Неба приказали в в течение трёх часов уехать из Запретного города. «Трудно передать чувство унижения, с которым я покидал дворец», — напишет позднее император. Впервые его лишили права приказывать. Но Пу И не оставлял надежды на реставрацию монархии и совершил, по его же словам, величайшую ошибку — обратился за помощью к японцам.

Они-то и провозгласили Пу И в 1932 г. верховным правителем марионеточного государства Маньчжоу-Го. Свою должность Пу И наивно рассматривал как «ступень к переходу на “императорский трон”». У японцев же были более практичные и корыстные планы. Они рассчитывали с помощью Пу И господствовать на всей территории Китая. «Император как лист белой бумаги, и японские военные могут на этом листе рисовать всё, что захотят», — говорил один из его приближённых. И действительно, вся власть в Маньчжоу-Го принадлежала чрезвычайному и полномочному послу Японии, по совместительству — главнокомандующему Квантунской армией. Последняя намеревалась использовать территорию Маньчжурии для будущего наступления на СССР.

В книге опубликованы интересные для российского читателя документы токийской резидентуры. Так, план «Квантокуэн» 29 августа 1941 г. предполагал нанесение удара по советским войскам в Приморье и на Дальнем Востоке с выходом в октябре к озеру Байкал. Благо, японские расчёты показали, что у страны не хватит на такой бросок ресурсов. Кстати, источником последних для Японии являлась Маньчжоу-Го, где оккупанты активно проводили разведку недр и строили шахты.

Уже живя в КНР, Пу И писал: «Я стал главным предателем своей родины, фиговым листком для кровавых правителей… Северо-восток нашей родины полностью превратился в колонию, и для 30 миллионов соотечественников началась жизнь, полная бедствий и страданий». Стоит однако отметить, что в своё время императору не хватило смелости подать в отставку, несмотря на его красноречивое заявление в день вступления в должность «Верховного правителя»: «Если недостатков будет слишком много, то через год удалюсь от дел». Возможно, оправданием для не всегда верных поступков Пу И может стать вывод, который напрашивается по прочтении книги: с самого раннего возраста жизнь императора скорее сводилась к выживанию, что диктовало свои, порой недостойные его титула игры.

Так, оказавшись в советском плену после капитуляции Японии во Второй мировой войне Пу И избрал единственно верную для себя стратегию: «Поскольку мою судьбу решал Советский Союз, следовало снискать его расположение». Чтобы доказать пламенное желание перевоспитаться, заключённый организовал кружок по «изучению марксизма-ленинизма», писал слёзные письма И.В.Сталину, обращался с просьбой принять его в ВКП(б) и был очень удивлён отказом. И это при том, что коммунисты ассоциировались в его сознании с «бурным паводком и лютыми зверями». Истинные планы императора сводились к эмиграции в США или Англию со специально припасённым чемоданчиком, под вторым дном которого были припрятаны драгоценности — 468 украшений.

Второе же дно самого императора предстало миру на Международном трибунале в Токио, где он выступил обвинителем японского империализма. Стенограмма допроса Пу И, приведённая в книге, хорошо раскрывает его двуличность. Автор не выносит приговора. Читатели сами могут убедиться в расхождениях между словами и действиями Сына Неба.

После провозглашения КНР Советский Союз передал высокопоставленного заключённого китайской стороне. Пу И был убеждён, что ему не избежать расстрела и даже пытался покончить с собой. Новая власть сохранила императору жизнь, но в тюрьме, будучи разлучённым с родственниками, Пу И столкнулся с большими трудностями: «За сорок с лишним лет я ни разу не сложил одеяло.., не принёс воды, чтобы вымыться. Я даже ноги не мыл себе сам, не завязывал шнурки на ботинках. Я ни разу не притрагивался к таким вещам, как ложка, ручка ножа, ножницы…». Теперь бывшему императору пришлось всему этому научиться.

В 1959 г. в честь десятилетия со дня основания КНР Пу И амнистировали. Мао Цзэдун лично следил за процессом перевоспитания бывшего заключённого, который превратился в рядового гражданина. Джоу Энлай любил похвастаться: «Мы переделали последнего императора, это беспримерное достижение в мире».

Однако затем Мао попытался «перевоспитать» всё китайское общество посредством кампании «культурной революции», которая должна была «преобразовать все области надстройки, не соответствующие базису социализма». Для Пу И наступило время, когда даже выходить из дома стало опасным для жизни. К травле императора присоединилась его бывшая жена Ли Юйцинь. До реабилитации жертв «культурной революции» Пу И не дожил, в 1967 г. он скончался от рака печени.

В качестве заслуги автора книги хочется отметить широкое использование в книге архивных материалов и документов о жизни и деятельности Пу И, цитирование воспоминаний самого императора из автобиографии «Первая половина моей жизни» и мемуаров «От императора до гражданина». Представляет большой интерес множество фотографий, которые обогащают и оживляют повествование. Читатель видит изображение императора, восседающего на троне, Пу И — заключённого, штопающего одежду.

В книгу о судьбе этой противоречивой исторической личности В.Усов гармонично вписывает новеллы о важных событиях в жизни китайского народа, его культуре и традициях. Вместе с автором читатель проводит «расследование» загадочной смерти императора Гуансюя и знакомится с его реформаторскими идеями, анализирует причины и течение опиумных войн, Синьхайской революции и Корейской войны.

Словно между делом мы узнаём о значении символов Китая — фениксе и драконе; о жестокой традиции бинтования ног у женщин ради превращения ступни в «золотой лотос»; об отношении китайцев к смерти, которая включается ими в понятие жизни; и необычном названии императорского дворца Гугун — «Запретного города» (мужчинам, кроме Сына Неба и его евнухам, запрещалось оставаться во дворце на ночь).

Подробно описывается церемония принятия императором пищи и свадебный обряд с тщательно разработанными деталями. Автор знакомит нас с «Древними наставлениями для женщин», с принципами «инь» и «ян», рассказывает о традиционно консервативных взглядах на роль женщины в китайском обществе.

О древних погребальных традициях можно узнать на примере описания пышных похорон наложницы Цы Си. По словам В.Усова, гроб был так тяжёл от помещённых в него драгоценностей, что общее число задействованных носильщиков, которые сменяли друг друга, превысило 7 тыс. человек.

Вы с интересом прочитаете о строгой иерархии в императорской семье, которая «должна напоминать чайный сервиз, где одному чайнику сопутствуют несколько чашек». И наконец, руководствуясь книгой, вы научитесь ставить диагноз курильщикам опиума.

Иными словами, каждый на страницах книги найдёт для себя новую и полезную информацию. Бесспорно, её чтение способно пробудить интерес к изучению истории Китая. Глядишь, и одним китаистом в нашей стране станет больше.

Елена ГРЕБЕНЬКОВА