Сейчас по американской моде стало престижным называть человека года. Прошлый, 2004 год, бесспорно, сам выбрал себе героя. Причем, героя не из плоти и крови, а давно ушедшего из жизни, того, чья эпоха, кажется, целиком и полностью завершилась, став достоянием архивистов и историков. Этот герой — Сталин.
Социологи провели опрос, приуроченный к 125-летию Вождя и Учителя. И что же оказалось? Лишь 31% россиян считают его жестоким, бесчеловечным тираном, виновным в уничтожении миллионов невинных людей. И почти столько же опрошенных (29%) полагают, что, какие бы ошибки и пороки ему ни приписывались, самое важное, что под его руководством советский народ победил в Великой Отечественной. Пятая часть респондентов (21%) называет Сталина «мудрым руководителем», который привел страну к могуществу и процветанию (газета «Известия» от 22 декабря 2004 г.).
Можно много рассуждать по поводу этих социологических процентов. И о том, что народ любит «твёрдую руку», и о том, что в период революционных потрясений и государственного распада, идеологического вакуума усиливается потребность в мудром отце и дальновидном хозяине, который «знает, как надо».
Но ведь есть во всех этих мнениях пресловутая «сермяжная правда». Искони государство в России играло роль объединителя, преобразователя, строителя, защитника, просветителя. Испокон века народ приучен был видеть в государственной власти обожествляемый институт, которому поклонялись и которого страшились. Что-то на манер языческого идола, требовавшего кровавых жертв, но зато защищавшего от напастей и нашествий иноплеменников. Сталин и система его власти — сталинократия — оказались в сознании очень многих именно таким обожествляемым идолом, к которому взывают и которого ублажают во времена смут и потерь нравственных ориентиров. Но почему-то забывают, что эта «сермяжная правда» перекрывается другой, важнейшей истиной: и над государством, и над обществом действует иной, всеобщий закон — закон высшей справедливости и милосердия. «Мне отмщение, и аз воздам». Н.Карамзин писал об Иване Грозном: «Добрая слава Иоаннова пережила его худую память в народной памяти: стенания умолкли, жертвы истлели, а старые предания затмились новейшими... История злопамятнее народа!» Этот тот случай, когда нам надо быть злопамятными!

Алексей САВЕЛЬЕВ,
главный редактор