«Так проходит слава мира», — восклицали древние римляне. Истины, открытые ими, вечны и неизменны. Только кто следует им? В Монголии решили сравнять с землей мавзолей Сухэ-Батора и маршала Чойбалсана. Напомню, что мавзолей в Улан-Баторе — близнец московского, только немного меньше и отделан черным камнем. Но в отличие от ленинского, его двери никогда не открывались для любопытствующих посетителей. Говорят, что советские специалисты по бальзамированию не смогли сохранить тело Сухэ-Батора нетленным для вечности в отличие от тела маршала Чойбалсана. Тем не менее обитателей монгольского мавзолея власти этой страны обещают похоронить с почестями на кладбище для видных государственных деятелей. Хотя Чойбалсан известен не только своими государственными достижениями, но и многими преступлениями против своего народа. По его приказу, как утверждают историки, было расстреляно почти все духовенство Монголии.
Да, прежние коммунистические кумиры нынче не в почете. Их место занимают другие, еще более древние. В Монголии теперь популярен Чингисхан. Его именем названы проспекты и отели, его портреты висят в каждом учреждении, он изображен на денежных купюрах и на страницах школьных учебников. И потому неудивительно, что на месте мавзолея, на главной площади Улан-Батора, появится бронзовый девятиметровый основатель Монгольской империи. Так будет увековечен еще один миф о великом человеке. Хотя ради исторической истины следует признать, что Чингисхан был не только жестоким завоевателем, но проявил себя как блестящий политик и администратор.
И все же... Почему так неизбывна тяга людей к завоевателям, диктаторам, демагогам, вождям? Почему в их сердцах остаются не гуманные и осторожные реформаторы, а тираны, мостящие путь к власти неисчислимыми человеческими телами?
Но не будем падать духом. Философы на троне тоже остаются в памяти поколений. «Время человеческой жизни — миг; ее сущность — вечное течение; ощущение — смутно; строение всего тела — бренно; душа — неустойчива; судьба — загадочна; слава — недостоверна. Жизнь — борьба и странствие по чужбине; посмертная слава — забвение. Но что же может вывести на путь? Ничто, кроме философии». Так рассуждал римский император Марк Аврелий во II в. Самое удивительное, что его конная статуя уцелела на Капитолийском холме в Риме. Чудеса в истории иногда ведь бывают…

Алексей САВЕЛЬЕВ,
главный редактор