В России историческое сознание творили русские писатели. На мой взгляд, это — аксиома, к которой может прийти всякий, кто даст себе труд задуматься над течением русской общественной мысли. Карамзин, Пушкин, Гоголь, Толстой сформировали основные историософские идеи и нравственные координаты, в которых вызревали и развивались научные построения собственно историков, создававших многотомные труды, раскрывавшие наше прошлое. В этом факте, наряду с другими, проявилось всеохватное влияние отечественной литературы на все стороны нашей жизни. В советскую эпоху эта традиция прервалась…
О Семнадцатом годе, положившем начало русской национальной катастрофе, написаны десятки томов монографий и воспоминаний. И все же нельзя сказать, что в них осмыслены глубинные исторические, психологические, нравственные, духовные причины, предвестия и уроки этого трагического и судьбоносного года. Как выбраться из паутины взаимных обвинений и проклятий, как избавиться от лживых и въевшихся в нашу память штампов о «буржуазном Феврале» и «социалистическом Октябре»? Профессиональные историки помочь нам в этом не могут. На помощь приходит писатель. Александр Солженицын долгие годы создавал свое «Красное колесо», чтобы дать нам уникальный оптический прибор, позволяющий рассмотреть события Семнадцатого года, одновременно приближая и удаляя их, показывая крупным планом основных и второстепенных деятелей революции и освещая все события беспощадным магнием христианской нравственности. «Повествование в отмеренных сроках» — так сам Солженицын определил жанр своего творения. В этом повествовании перед нами раскрывается не героическая эпопея борьбы титанов — большевиков и их врагов, а бездна революционного безумия. В исторической перспективе Февраль превратился под кистью Солженицына в грандиозную всероссийскую, всечеловеческую трагедию.
Можно сказать, что «Красное колесо» странным образом оказалось забытой книгой. Многие ли из наших учеников знают о ее существовании? А кто читал ее? Спору нет: чтение непростое, многотомный труд одолеть нелегко. Но хотя бы важнейшие главы, отрывки из «узлов» эпопеи должны быть донесены на уроках истории до наших ребят. «Как важно, чтобы не сила и насилие вели бы страну, а правота…» Не в этих ли словах Солженицына наша надежда на выздоровление?

Алексей САВЕЛЬЕВ,
главный редактор