«Составил от былинок
рассказ немудрый сей…»

Опыт прочтения «Истории государства Российского…»
А.К. Толстого

Граф
Алексей Константинович
Толстой

Этот материал может быть использован на повторительно-обобщающем уроке по теме «Россия в правление Александра II» (8-й класс) и для факультативных занятий по отечественной истории.
Многие писатели создавали художественные произведения на исторические темы: романы, поэмы, стихотворения. Значительное место занимает историческая тема и в творчестве Алексея Константиновича Толстого. Сюжет его драмы «Посадник» основан на событиях, взятых из жизни Новгорода в XIII в. В эпоху Ивана Грозного происходит действие романа «Князь Серебряный», и царь Иван в нем — один из главных персонажей. Драматическая трилогия («Смерть Иоанна Грозного», «Царь Федор Иоаннович», «Царь Борис») охватывает период конца династии Рюриковичей и начала Смутного времени. Много стихотворений, баллад А.К. Толстого воссоздают реальных или полулегендарных персонажей русской или скандинавской истории, былинных богатырей.
Почти все литературные произведения на исторические темы посвящены отдельным эпохам или эпизодам прошлого. Правда, написал Чарльз Диккенс для детей историю Англии, но это — прекрасно изложенная, с четкой (и, заметим, беспощадной по отношению к большинству героев) позицией автора, именно история, а не художественное произведение на историческую тему. И лишь одно по-настоящему художественное произведение ставит целью дать полный очерк истории одной страны. Взявшись за такую работу всерьез, писатель моментально увяз бы в невероятном количестве фактов и потерпел бы неудачу. Нет, здесь дана история России в сатирическом изложении. И автор ее — Алексей Константинович Толстой.
Блестяще владея прозаическим и поэтическим языком, А.К. Толстой был прежде всего прекрасным, тонким лириком. Сатириком же он был гениальным — это не преувеличение. Он — один из трех основных создателей Козьмы Пруткова — своеобразной литературной маски, лица вымышленного, но имеющего свою родословную, подробную биографию, послужной список, собрание сочинений и даже портрет. Сочинения Козьмы Пруткова читаешь, не переставая смеяться, но его самого создатели жестоко обделили чувством юмора, он серьезен и глубокомыслен до тошноты — тем и смешон.
Стихотворения «Поток-богатырь» и «Порой веселой мая...» помещены в собрании сочинений А.К. Толстого в разделе «Былины, баллады, притчи», на самом же деле это сатира, и очень злая: проводятся исторические аналогии, отнюдь не лестные для современной автору России. В стихотворении «Сон Попова» А.К. Толстой всего-навсего пересказывает сон своего героя:

Резон ли в этом или не резон —
Я за чужой не отвечаю сон.

Насмотрел же в своем сне советник Попов такое, что, наверное, в III отделении долго качали головой... В «Послании к М.Н. Лонгинову о дарвинисме» Толстой ухитряется повернуть дело совсем необычной стороной: еретиком, ниспровергающим основы религии, оказывается не Дарвин, а цензор, который хочет теорию Дарвина запретить:

Способ, как творил Создатель,
Что считал Он боле кстати —
Знать не может председатель
Комитета о печати.
Ограничивать так смело
Всесторонность Божьей

власти —

Ведь такое, Миша, дело
Пахнет ересью отчасти!
…И тебя за скудость веры
В Соловки сослать бы можно!

Все эти сатирические произведения составили золотой фонд отечественной словесности.
Но все же непревзойденной остается «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева».
Когда при изучении истории России вы дойдете до 1860-х гг., прочтите ученикам «Историю...» А.К. Толстого. Можете сделать это сами, можете совместно с учителем литературы — коллега, надо думать, будет доволен: ведь этому блестящему поэту, прозаику и драматургу уделено в школьной программе до обидного мало места.
Ему, представителю высшей аристократии, другу детства императора Александра II, человеку близкому ко двору, прощалось многое такое, за что простой смертный даже при либеральном Александре II загремел бы в тартарары. И все же «Историю...» напечатали лишь пятнадцать лет спустя после написания, уже после смерти автора, широкую же известность она получила только после 1905 г., а раньше ходила в основном в списках.
Прочтите стихотворение полностью, не прерываясь, чтобы ученики могли оценить звучание стиха, прекрасные, богатые и неожиданные рифмы... Конечно, многое из прочитанного не будет сразу же понято. Не страшно: для объяснения непонятого прочтите второй раз — теперь уже с подробными комментариями.

Плясун и скоморох.

Лубочная картинка XVIII в.

История государства Российского
от Гостомысла до Тимашева

Вся земля наша велика и обилна,
а наряда в ней нет.

Нестор, летопись, стр. 8

То, что стихотворение сатирическое, видно уже из заглавия. Первые три слова — это название знаменитого труда Н.М. Карамзина. Остальные четыре дают временные рамки произведения. Но упоминаемые лица различны принципиально. Гостомысл — новгородский посадник, по преданию, завещавший призвать на княжение варягов, т.е. лицо легендарное или полулегендарное. Александр Егорович Тимашев был известен своими консервативными взглядами, возглавлял III отделение, а к моменту написания «Истории...» был назначен министром внутренних дел, так что, в отличие от Гостомысла, вполне реален, хотя нынче и заслуженно позабыт.

Комментарии

1	Послушайте, ребята, Что вам расскажет дед. Земля наша богата, Порядка в ней лишь нет.
2	А эту правду, детки, За тысячу уж лет Смекнули наши предки: Порядка-де, вишь, нет.
3	И стали все под стягом, И молвят: «Как нам быть? Давай пошлем к варягам: Пускай придут княжить.
4	Ведь немцы тороваты, Им ведом мрак и свет, Земля ж у нас богата, Порядка в ней лишь нет».
5	Посланцы скорым шагом Отправились туда И говорят варягам: «Придите, господа!
6	Мы вам отсыплем злата, Что киевских конфет; Земля у нас богата, Порядка в ней лишь нет».
7	Варягам стало жутко, Но думают: «Что ж тут? Попытка ведь не шутка — Пойдем, коли зовут!»
8	И вот пришли три брата, Варяги средних лет, Глядят — земля богата, Порядка ж вовсе нет.
9	«Ну, — думают, — команда! Здесь ногу сломит черт, Es ist ja eine Schande, Wir mьssen wieder fort».
10	Но братец старший Рюрик «Постой, — сказал другим, — Fortgeh’n wдr’ungebьrlich, Vielleicht ist’s nicht so schlimm.
11	Хоть вшивая команда, Почти одна лишь шваль; Wir bringen’s schon zustande, Versuchen wir einmal».
12	И стал княжить он сильно, Княжил семнадцать лет, Земля была обильна, Порядка ж нет как нет!
13	За ним княжил князь Игорь, А правил им Олег, Das war ein groЯer Krieger И умный человек.
14	Потом княжила Ольга, А после Святослав; So ging die Reihenfolge Языческих держав.
15	Когда ж вступил Владимир На свой отцовский трон, Da endigte fьr immer Die alte Religion.
16	Он вдруг сказал народу: «Ведь наши боги дрянь, Пойдем креститься в воду!» И сделал нам Иордань.
17	«Перун уж очень гадок! Когда его спихнем, Увидите, порядок Какой мы заведем!»
18	Послал он за попами В Афины и Царьград, Попы пришли толпами, Крестятся и кадят,
19	Поют себе умильно И полнят свой кисет; Земля, как есть, обильна, Порядка только нет.
20	Умре Владимир с горя, Порядка не создав. За ним княжить стал вскоре Великий Ярослав.
21	Оно, пожалуй, с этим Порядок бы и был; Но из любви он к детям Всю землю разделил.
22	Плоха была услуга, А дети, видя то, Давай тузить друг друга: Кто как и чем во что!
23	Узнали то татары: «Ну, — думают, — не трусь!» Надели шаровары, Приехали на Русь.
24	«От вашего, мол, спора Земля пошла вверх дном, Постойте ж, мы вам скоро Порядок заведем».
25	Кричат: «Давайте дани!» (Хоть вон святых неси.) Тут много всякой дряни Настало на Руси.
26	Что день, то брат на брата В орду несет извет; Земля, кажись, богата — Порядка ж вовсе нет.
27	Иван явился Третий; Он говорит: «Шалишь! Уж мы теперь не дети!» Послал татарам шиш.
28	И вот земля свободна От всяких зол и бед И очень хлебородна, А все ж порядка нет.
29	Настал Иван Четвертый, Он Третьему был внук; Калач на царстве тертый И многих жен супруг.
30	Ему был имярек За то, что был серьезный, Солидный человек.
31	Приемами не сладок, Но разумом не хром; Такой завел порядок, Хоть покати шаром!
32	Жить можно бы беспечно При этаком царе; Но ах! ничто не вечно — И царь Иван умре!
33	За ним царить стал Федор, Отцу живой контраст; Был разумом не бодор, Трезвонить лишь горазд.
34	Борис же, царский шурин, Не в шутку был умен, Брюнет, лицом недурен, И сел на царский трон.
35	При нем пошло все гладко, Не стало прежних зол, Чуть-чуть было порядка В земле он не завел.
36	К несчастью, самозванец, Откуда ни возьмись, Такой задал нам танец, Что умер царь Борис.
37	И, на Бориса место Взобравшись, сей нахал От радости с невестой Ногами заболтал.
38	Хоть был он парень бравый И даже не дурак, Но под его державой Стал бунтовать поляк.
39	А то нам не по сердцу; И вот однажды в ночь Мы задали им перцу И всех прогнали прочь.
40	Взошел на трон Василий, Но вскоре всей землей Его мы попросили, Чтоб он сошел долой.
41	Вернулися поляки, Казаков привели; Пошел сумбур и драки: Поляки и казаки,
42	Казаки и поляки Нас паки бьют и паки; Мы ж без царя как раки Горюем на мели.
43	Прямые были страсти — Порядка ж ни на грош. Известно, что без власти Далёко не уйдешь.
44	Чтоб трон поправить царский И вновь царя избрать, Тут Минин и Пожарский Скорей собрали рать.
45	И выгнала их сила Поляков снова вон, Земля же Михаила Взвела на русский трон.
46	Свершилося то летом; Но был ли уговор — История об этом Молчит до этих пор.
47	Варшава нам и Вильна Прислали свой привет; Земля была обильна — Порядка ж нет как нет.
48	Сев Алексей на царство, Тогда роди Петра. Пришла для государства Тут новая пора.
49	Царь Петр любил порядок, Почти как царь Иван, И так же был не сладок, Порой бывал и пьян.
50	Он молвил: «Мне вас жалко, Вы сгинете вконец; Но у меня есть палка, И я вам всем отец!..
51	Не далее как к святкам Я вам порядок дам!» И тотчас за порядком Уехал в Амстердам.
52	Вернувшися оттуда, Он гладко нас обрил, А к святкам, так что чудо, В голландцев нарядил.
53	Но это, впрочем, в шутку, Петра я не виню: Больному дать желудку Полезно ревеню.
54	Хотя силен уж очень Был, может быть, прием; А все ж довольно прочен Порядок стал при нем.
55	Но сон объял могильный Петра во цвете лет, Глядишь, земля обильна, Порядка ж снова нет.
56	Тут кротко или строго Царило много лиц, Царей не слишком много, А более цариц.
57	Бирон царил при Анне; Он сущий был жандарм, Сидели мы как в ванне При нем, daЯ Gott erbarm!
58	Веселая царица Была Елисавет: Поет и веселится, Порядка только нет.
59	Какая ж тут причина И где же корень зла, Сама Екатерина Постигнуть не могла.
60	«Madame, при вас на диво Порядок расцветет, — Писали ей учтиво Вольтер и Дидерот, —
61	Лишь надобно народу, Которому вы мать, Скорее дать свободу, Скорей свободу дать».
62	«Messieurs, — им возразила Она, — vous me comblez», — И тотчас прикрепила Украинцев к земле.
63	За ней царить стал Павел, Мальтийский кавалер, Но не совсем он правил На рыцарский манер.
64	Царь Александер Первый Настал ему взамен, В нем слабы были нервы, Но был он джентльмен.
65	Когда на нас в азарте Стотысячную рать Надвинул Бонапарте, Он начал отступать.
66	Казалося, ну, ниже Нельзя сидеть в дыре, Ан глядь: уж мы в Париже, С Louis le Dеsirе.
67	В то время очень сильно Расцвел России цвет, Земля была обильна, Порядка ж нет как нет.
68	Последнее сказанье Я б написал мое, Но чаю наказанье, Боюсь monsieur Veillot.
69	Ходить бывает склизко По камешкам иным, Итак, о том, что близко, Мы лучше умолчим.
70	Оставим лучше троны, К министрам перейдем. Но что я слышу? стоны, И крики, и содом!
71	Что вижу я! Лишь в сказках Мы зрим такой наряд; На маленьких салазках Министры все катят.
72	С горы со криком громким In corpore, сполна, Скользя, свои к потомкам Уносят имена.
73	Се Норов, се Путятин, Се Панин, се Метлин, Се Брок, а се Замятнин, Се Корф, се Головнин.
74	Их много, очень много, Припомнить всех нельзя, И вниз одной дорогой Летят они, скользя.
75	Я грешен: летописный Я позабыл свой слог; Картине живописной Противостать не мог.
76	Лиризм, на все способный, Знать, у меня в крови; О Нестор преподобный, Меня ты вдохнови.
77	Поуспокой мне совесть, Мое усердье зря, И дай мою мне повесть Окончить не хитря.
78	Итак, начавши снова, Столбец кончаю свой От Рождества Христова В год шестьдесят восьмой.
79	Увидя, что все хуже Идут у нас дела, Зело изрядна мужа Господь нам ниспосла.
80	На утешенье наше Нам, аки свет зари, Свой лик яви Тимашев — Порядок водвори.
81	Что аз же многогрешный На бренных сих листах Не дописах поспешно Или переписах,
82	То, спереди и сзади Читая во все дни, Исправи правды ради, Писанья ж не кляни.
83	Составил от былинок Рассказ немудрый сей Худый смиренный инок, Раб Божий Алексей.
	1868
А.К. ТОЛСТОЙ

«Составил от былинок рассказ немудрый сей…»

Опыт прочтения «Истории государства Российского…» А.К. Толстого

Граф Алексей Константинович Толстой

Плясун и скоморох.

История государства Российского от Гостомысла до Тимашева

«Составил от былинок
рассказ немудрый сей…»

Опыт прочтения «Истории государства Российского…»
А.К. Толстого

Граф
Алексей Константинович
Толстой

История государства Российского
от Гостомысла до Тимашева