обсуждение документа

О проекте стандарта среднего образования
по обществоведению и о предмете в целом

Откликаясь на предложение редакции газеты «История» обсудить проекты стандартов образования, хочу высказать свои соображения о преподавании обществоведения в средних учебных заведениях.
С начала 1990-х гг. программа по обществоведению находится в процессе изменения, несколько раз переименовывался курс: «Обществоведение», «Человек и общество», «Обществознание», опять «Обществоведение»... За 10 лет написано большое количество программ, появилось много предложений, касающихся принципов и методов изучения этого предмета в школе. Сейчас предложен еще один проект стандарта.
Первое, что поражает после знакомства с этим документом, — объем содержания. Впечатление, что авторы стремились объять необъятное. Они хотят обучить подростков раз и навсегда всему на свете и на все случаи жизни. К высшим учебным заведениям и другим способам обучения они явно испытывают недоверие. Это становится особенно ясно при сравнении Базовых учебных планов (БУПов) по обществоведению прежних лет с программами по обществоведению для абитуриентов некоторых вузов страны. БУПы всё время расширяются, количество тем и вопросов растет. Проект стандартов явно превосходит по объему и сложности БУП 2001/2002 учебного года, а программы для абитуриентов намного меньше и требуют от выпускников на устном экзамене знания фундаментальных вопросов, касающихся проблем человека и общества.
При этом составители программ для абитуриентов явно исходят из опыта реальной работы и не вносят существенных изменений в содержание вступительных экзаменов уже несколько лет (с 1999 г.).
С введением Единого экзамена (тестов) по обществоведению положение старшеклассников станет катастрофическим, поскольку они лишаются возможности сдавать этот экзамен устно по программам вузов, а подготовиться по всем вопросам, внесенным в проект, не сможет даже взрослый человек, не только выпускник (проверено на коллегах-историках). Настоящая ловушка для подростков!

Составители проекта игнорировали проблему определения хоть каких-нибудь критериев, позволяющих судить, какие знания об обществе и человеке старшекласснику нужны, а какие он сможет получить после окончания школы — учась в вузе, работая и т.д. Никто не попытался просчитать, какое количество предложенных проектом единиц информации должно изучаться в единицу времени (за урок) и возможно ли усвоение этой информации — с учетом психологических, возрастных и интеллектуальных особенностей восприятия подростков.
Про учителя умолчим, хотя и он навряд ли выдержит такой интенсивный режим передачи информации. Разговор о выработке умений и навыков вообще лишний.
Другим крупным недостатком проекта является дублирование. Авторы, видимо, не доверяя своим коллегам, преподавателям литературы, истории, географии, биологии, МХК, ОБЖ и даже химии, включили в проект многие вопросы этих дисциплин.
Сравнивая стандарты изучения разных предметов, не понимаешь, зачем нужно упомянутое дублирование. Например, тема «Экология» изучается в курсе биологии 30 часов, а на уроках обществоведения этой проблеме можно уделить максимум 4 часа. То же самое с историей и географией. Ссылаться на то, что на уроках обществоведения вопросы экономики (рассматриваемые довольно подробно в курсе экономической географии на протяжении двух лет) будут не изучаться, а обобщаться, нельзя, поскольку проект предполагает усвоение школьниками совершенно определенных знаний и интерпретаций, которые далеко не всегда согласуются с толкованиями соответствующих тем в стандартах исторического или географического образования.
Учитель обществоведения не может заставить коллегу-географа преподавать то, что по вкусу авторам проекта.
Налицо серьезное противоречие. Само по себе оно не страшно. На уроках можно обсудить плюсы и минусы разных экономических и исторических школ, это даже полезно, если формой проверки знаний является устный экзамен, но ребят ждет тест, который требует совершенно определенного ответа на такой, например, вопрос: «Что должно сделать правительство в условиях экономического спада с нормой банковского резерва?». Не уверена, что все экономисты дружно и однозначно ответят на этот вопрос, а выпускник должен.
Кроме дублирования содержания других предметов, стандарт призывает учителя обществоведения дублировать материал и при переходе от неполной средней школе к полной: курс обществоведения для VII—IX классов повторяется в X—XI классах. Чуть ли не все темы изучаются два раза: во второй раз очень быстро и в большем объеме. Наверное, это надо считать углубленным изучением проблем.
Это, впрочем, уже другая проблема — проблема концентрического построения школьной программы. Оговорюсь, что я против перехода на концентрическую систему.

Нельзя пройти мимо еще одного вопроса. Все последние 10 лет разработка программ по обществоведению шла по двум направлениям: интегративные курсы и модульные.
Модульные курсы предполагают изучение наук, исследующих человека и общество, т.е. последовательное знакомство с основами социологии, политологии, экономики, права, культурологии, этнологии, с историей религии, с историей философии и т.д. Выбор тех или иных курсов, последовательность изучения являлись прерогативой школы и учителя, которые могли учесть профильность школы или класса, подготовленность кадров и другие условия обучения.
Интегративные курсы предполагали изучение обществоведения по «сферам человеческой деятельности».
Вышло большое количество программ и учебников, одобренных Министерством образования Российской Федерации, рассчитанных как на модульные, так и на интегративные курсы. И что же?
В этом году Министерство разрешает только три программы для X—XI классов, по которым можно преподавать обществоведение, и все они интегративные, а в проекте стандарта (в сноске) оговаривается возможность изучения по модульной системе только экономики и права. Таким образом, огромная и успешная работа педагогов по составлению и преподаванию курсов-модулей просто оказалась невостребованной.
Многие учителя очутились в сложном положении. Никакого исследования по сравнению результатов интегративного и модульного преподавания обществоведения никто не проводил. Зачем? Авторам проекта стандарта и так всё ясно, они являются создателями интегративного курса и принципиальными его сторонниками. Считают, наверное, что учителю и горевать, и задумываться ни о чем не надо: проект прекрасно соотносится с уже существующим учебником по обществоведению «Человек и общество» и с образцами заданий для проверки уровня подготовки выпускников средней школы, так как всё это (проект, программа, учебник, тесты) сделано одним авторским коллективом под руководством Л.Н.Боголюбова.

Кстати, об учебниках. Учебники, написанные на основе интегративного принципа, вскрывают другие недостатки проекта. Они начинаются с лживого утверждения о том, что существует обществоведение как наука. На самом деле существуют разные науки, изучающие человека и общество, каждая имеет свою специфику и предмет исследования.
Обществоведение существует только для бедных российских старшеклассников (раньше советских). Для студентов, ученых и обывателей с высшим образованием есть экономика, история, философия и т.д. Зачем дурим голову детям разговорами о том, чего нет? Ответа на этот вопрос нет, но есть ответ на вопрос: почему?
Обществоведение появилось в советской России в 1920-е гг. и на какое-то время заменило собой историю, поскольку советскую власть не устраивала ни старая дореволюционная историческая наука, ни «буржуазные» исторические учебники (преподавалась, правда, «История революции»).
В 1930-е гг. государство вернуло преподавание истории, но обществоведение осталось как пропедевтический курс основ марксизма-ленинизма. На уроках обществоведения советских подростков впервые знакомили с материализмом, политэкономией и научным коммунизмом.
Автором последней советской программы по обществоведению (существовала в 1970—1980-е гг.) был товарищ Л.Н.Боголюбов. Он же возглавляет коллектив авторов проекта, который должен стать новой государственной программой курса обществоведения современной России.
Л.Н.Боголюбов — крепкий марксист, поскольку марксистско-ленинский подход прослеживается во многих темах. В проекте, где есть только перечисление тем и вопросов, это не так очевидно. Зато абсолютно ясно при чтении учебника и тестов для проверки знаний.
Например, в интерпретации национальных проблем основные понятия, концепция становления наций — ленинские.
Вот тест для проверки знаний:
«Исторически сложившаяся устойчивая этническая общность, возникшая в процессе образования внутреннего рынка, называется:
1) племенем;
2) классом
3) сословием;
4) нацией.
Верно: нация».

Правда, Ленин как автор этой концепции не упоминается. Видимо Л.Н.Боголюбов и его товарищи чувствуют себя в глубоком подполье и исподволь пытаются проводить марксистско-ленинское учение в жизнь. Идейная преданность марксизму проявляется и в том, что истории марксизма посвящено больше страниц, чем истории всех мировых религий.

Излагая историю появления религий, авторы ограничились упоминанием о том, что буддизм — первая по времени появления, христианство — вторая, ислам — самая молодая из мировых религий. Внятного определения, что такое мировая религия — нет.
Иисус Христос упомянут только как автор некоторых афоризмов, их источник — Евангелие — не назван. О Мухаммаде не упоминается вообще, про Будду написано так непонятно, что остается неясным, кто он — Бог или человек.
Тон рассказа о религиозных проповедниках атеистически снисходительный. Ну, были. Но давно умерли. Теперешние «страсти-мордасти» на религиозной почве, по мысли авторов: средневековье и дурь от нерешенности социально-экономических вопросов.
Точка. Больше проблем нет. К сожалению, такой подход к изучению религии наблюдается и у авторов других учебников, построенных по интегративному принципу.
Есть, конечно, в учебнике Л.Н.Боголюбова имена философов и ученых, придерживающихся немарксистских воззрений, но сделано это опять в излюбленном стиле старых советских учебников: «наука (какая? — Н.Б.) пришла к выводу», «в последнее время стало ясно», «ученые считают»… И тут же: «Ницше заметил», «Маркс пришел к выводу», «Вебер сказал».
При этом игнорируется принцип историзма при рассмотрении идей: они появляются ниоткуда у отдельных людей, в силу непонятных причин и обстоятельств. Причины дискуссионности большинства вопросов не выявляются, все противоречия в цитатах не замечаются.
Наверное, авторы проекта и учебника действительно уверены, что обладают истиной; это нам всем до боли знакомо по старым советским учебникам. Уверенность авторов в своей правоте и непогрешимости делает и проект, и учебник антифилософскими по своему характеру.

Остановимся и попробуем подвести некоторые итоги.
1. Предложенный в проекте стандарта по обществоведению объем содержания невозможно ни преподавать, ни усвоить.
2. Методологически проект уже не так марксистски выдержан, как советские программы, но от этого он стал еще хуже, поскольку теперь обществоведение превращается в нечто беспринципное и бесформенное. Порой это почти бессвязный набор идей, фактов и пр. Мы не хотим преподавать марксизм ни в советской, ни в нынешней форме. Как одну из концепций развития истории —пожалуйста, но только как одну из многих. Это право выбора закреплено за педагогами в Законе об образовании РФ и оговорено в Конституции РФ, а предложенный проект лишает нас этого права.
3. Форма проверки знаний — тест — делает невозможным исправление и улучшение данного проекта.

Предложение.
Давайте исправим ошибку 1920-х гг. Вернем истории то, что у нее было отнято. Отдадим часы, положенные на изучение обществоведения в VII—VIII классах истории: тогда то, что в проекте предложено изучать как «сферу общественной жизни», «сферу политической жизни» можно изучить нормально и на соответствующем историческом материале. В IX классе пусть дети основательно и конкретно изучают Конституцию России и основные отрасли права, а в X—XI классах — модульные курсы в соответствии с профильностью классов и возможностями школы.

Н.В.Бартенева,
бывший преподаватель обществознания,
уволившаяся из школы
из-за невозможности преподавать предмет по навязанной программе