Венценосный курортник

Курорт Спа Бельгия. Современное фото

Будучи зачинателем многих «славных дел» и традиций в России, государь наш Петр Алексеевич первым открыл для россиян всю пользу и прелесть курортов. Сам он впервые отправился «на воды» в Карлсбад в 1711 г. по совету Роберта Эрскина, или, как его звали на русский манер, «Арескина». Этот врач происходил из знатного шотландского рода, был студентом Эдинбургского университета, в который поступил в 1691 г. Но не закончив курса, занялся практической медициной в качестве ассистента хирурга. Работа хирурга того времени требовала твердой руки и железной воли — резали тогда «по живому». После шести лет подобной практики Роберт Эрскин в 1691 г. покинул Эдинбург, перебрался в Париж, а потом в Голландию, где наконец-то защитил диссертацию и получил степень доктора медицины в Утрехтском университете. В 1704 г. его пригласили работать в Россию, в качестве домашнего врача светлейшего князя Александра Даниловича Меншикова, в доме которого и состоялось знакомство Эрскина, ставшего «Арескиным», с венценосным другом его патрона, Петром Великим, здоровье которого к тому времени уже начинало основательно пошаливать.
Лечение на водах Арескин прописал императору, найдя необходимым восстановить его силы, телесные и душевные, после неудачного Прутского похода. Отдохнув и попив целебных вод в Карлсбаде, Петр почувствовал себя много лучше и с новыми силами принялся за дела. Дельные советы доктора-шотландца он не забыл, и когда в 1713 г. место лейб-медика освободилось, пригласил занять его Роберта Арескина, который стал сопровождать повсюду. Во время вояжа Петра по европейским странам старые болячки обострились вновь, и по рекомендации Арескина в июне 1717 г. он снова отправился на курорт, на этот раз в местечко Спа, ныне принадлежащее Бельгии.

В Спа имелось несколько минеральных источников, с разным составом воды. Курс лечения русского императора начали с воды Пуонского источника, но потом по рекомендации местных врачей перешли на Жеронстерский, воды которого оказали на организм Петра самое благоприятное воздействие. Любопытно, но склонность к нарушению режима была проявлена и самим первым русским курортником, — Петр часто игнорировал советы врачей. Несмотря на запрет, ел сырые фрукты, а целебные, но не очень приятные на вкус воды пил, размешивая с вином. При этом он не придерживался меры, установленной эскулапами, — однажды Петр Алексеевич выпил на глазах у изумленных врачей 21(!) стакан пуонской воды, и, по свидетельству очевидцев, «это только пробудило в нем аппетит».
Находясь в Спа, он продолжал заниматься государственными делами, но режим был щадящий, оставалось время для отдыха, и свой досуг Петр заполнял долгими прогулками по окрестным холмам, амфитеатром обступающим долину, в которой стоял Спа. Гуляя, он заходил и в город, посещал дома обывателей, разговаривал с ними запросто — интересовался, как живут, чем занимаются, много ли имеют прибытков от курортной публики.
Наверное, ему нужно было просто отдохнуть, пожить не спеша, занимаясь здоровьем, — курортная жизнь в спокойной и сытой провинции явно пошла ему на пользу, и император через месяц лечения водами почувствовал себя настолько бодро, что собрался ехать в Амстердам. Отдавая прощальные визиты городским властям, Петр благодарил их за гостеприимство и наградил всех медалями. В свою очередь жители Спа, расставаясь с русским монархом, решили устроить праздник в его честь.

По такому случаю холмы вокруг города украсили огромной иллюминацией, из двенадцати различных мест ударили фейерверки, а оркестр, расположившийся на скалах над источниками, всю ночь напролет играл музыкальные пьесы. Сами источники были прикрыты выстроенными на скорую руку пирамидами. Эти пирамиды и курортные павильоны, где обычно пили воды прибывшие для поправки здоровья, в ту ночь были освещены тысячами фонариков. В полночь по улицам города двинулось шествие с факелами, которое прибыло к дому, в котором квартировал венценосный курортник. Жители Спа приветствовали царя Петра, а он отвечал им тем же.
Этот месяц жизни так запал Петру в душу, что, находясь в Амстердаме, он распорядился заказать монумент, отвезти его в Спа и установить там в память о своем пребывании на курорте. На монументе была надпись, сделанная по латыни: «Божией милостию Петр Первый, царь всероссийский, благочестивый, благополучно царствующий, непобедимый, устроитель военного порядка и первый основатель наук и искусств среди своих подданных, создавший своим гением сильный военный флот, безгранично увеличивший свои войска и через войны даровавший безопасность областям, как унаследованным от предков, так и приобретенным военными успехами, ознакомившись с нравами различных европейских народов, посетив Францию, Намюр, Люттих, прибыл к этим водам в Спа как к источнику спасения, главным образом Жеронтерского источника, он вновь получил свои прежние силы и здоровье. Июля 22-го дня 1717-го года отправляясь в Голландию и возвратившись в свою империю, повелел воздвигнуть этот памятник в знак своей вечной признательности, в 1718-м году».

Термы Спа Павильон. Фрагмент

Память о курортном благоденствии была столь сильна, что, когда ему доложили об обнаружении источников железистых вод под Олонцом, Петр Алексеевич приказал устроить там первый русский курорт «Марциальные Воды». Для исследования источников, открытых в 1714 г. рабочими Кончезерского медеплавильного завода, были командированы доктора Арескин и Блументрост, которые, испытав воды и опросив рабочих, постоянно употреблявших их, уверились в их целебных свойствах, о чем и доложили царю. По приказу Петра вокруг источников началось строительство курорта, организованного по всем правилам: возвели три деревянных дворца, четырехкомнатный дом для доктора, который должен был жить при источниках, дома для приезжающих на лечение, а также манеж для верховой езды. Над источником, в котором брали воду для царя, возвели резной деревянный шатер, а для остальных — деревянные шатры без особых затей.
Одним из первых пациентов олонецкого курорта был сам доктор Арескин, почувствовавший себя худо, но его болезнь была столь серьезна, что лечение водами не помогло, и он умер в Олонце в 1718 г. Однако это не помешало развитию «курортного дела». Уверовавший в целебность «водяного лечения», Петр настоятельно рекомендовал всем своим придворным ездить на Олонецкие воды, и сам посетил их в 1719 г., после чего наведывался туда еще трижды — в 1720, 1722 и 1724 гг. Если царь в России брался что-то рекламировать, то отказаться от этого было совершенно невозможно, и некоторое время курорт процветал. Но со смертью Петра к «Марциальным Водам» интерес угас, хотя традиция лечения водами в высшем обществе вполне прижилась, и на воды все ездили с удовольствием, правда, предпочитая европейские курорты.

Походная аптечка Петра I

Когда русские пришли на Кавказ и обнаружили целебные источники, расположенные к тому же в чудесном климате, они немедленно устроили курорт. Он вполне успешно конкурировал с европейскими — благоустроенными, тихими, с игорными домами, где поправка здоровья сопровождалась «легкой щекоткой нервов» при игре в рулетку. Наши воды собирали каждый сезон представителей высшего общества обеих столиц и губернских городов, образовался даже термин водяное общество, которое запечатлел в своих прозаических произведениях Лермонтов. На воды ездили даже те, кто был здоров как бык, — это был род тогдашнего экстремального туризма, способ пощекотать нервишки получше, чем рулетка в Баден-Бадене! Ведь в этом благодатном крае шла настоящая партизанская война, и совсем рядом по горам шныряли банды горцев, но такой вояж был необходим для того, чтобы слыть в свете «комильфо» («как нужно»), а потому ехали пить воды и на войну.

Валерий ЯРХО