«Гуманный» способ убийства

Тюремщик отпер камеру приговоренного в четыре часа утра, разбудил его и велел одеваться. Затем в камеру явились доктор Хотон, тюремный священник и начальник тюрьмы. Увидев их, обитатель камеры смертников тюрьмы Обурн штата Нью-Йорк, печально улыбнувшись, спросил: «Пришли проститься со мною, джентльмены? Что ж, я готов. Пусть Господь примет мой дух!» Ему вновь зачитали приговор суда и указ о приведении его в исполнение. Священник предложил исповедаться и причаститься. Арестанта и священника оставили наедине, как того и требует обряд, а когда с этим было покончено, доктор Хотон засвидетельствовал, что никаких медицинских причин к отложению смертной казни нет. Тогда начальник тюрьмы Чарльз Дэрсон приказал налить приговоренному стакан виски — как раз в это время в камеру принесли завтрак, обычный завтрак, приготовленный на тюремной кухне. После того как он завершил свою последнюю трапезу, надзиратель вывел приговоренного из камеры и повел по коридорам тюрьмы к помещению, где должна была состояться казнь.

Человека, которого должны были казнить утром 6 августа 1890 г., звали Уильям Кеммлер. К смертной казни его приговорили за совершенное им в припадке ревности убийство своей любовницы, некоей Тилли Зайглер. Адвокаты Кеммлера сколько было можно оттягивали исполнение приговора, подавая протесты, апелляции, просьбы о помиловании. Но все было тщетно, судьбой было уготовано, чтобы Уильям Кеммлер стал первым человеком, казненным при помощи электричества.
Этот способ казни был не случайно изобретен именно в США — стране, во многом обогнавшей «старушку Европу» к концу XIX в., там, где электричество широко применялось в обществе, основательно «прирученном» двумя электротехническими гениями Америки: Эдисоном и Вестингаузом. По мере распространения электричества в быту многие, с непривычки или по неосторожности, обращались с приборами и проводкой небрежно, получая внушительные удары током. Некоторые даже погибали, убиваемые на месте практически мгновенно. В одном только Нью-Йорке за год фиксировалось больше десятка подобных случаев. В то же время американские газеты в погоне за сенсацией частенько отряжали репортеров на смертные казни — для создания сенсационных материалов. Как правило, преступников тогда вешали, при этом казнимые частенько гибли, долго агонизируя в плохо затянувшейся петле, либо, при слишком быстром падении в люк эшафота, им просто отрывало голову. Подобные описания шокировали граждан, требовавших покончить с «отвратительными процедурами, доставшимися … в наследство от европейского варварства». Частенько сообщения о жестоких казнях и о мгновенной гибели от удара тока помещали на одной странице, и немудрено, что нашлись те, кто сумел связать одно с другим. Первыми, кто предложил использовать электрический ток для смертной казни, была группа врачей из Буффало, именно с их подачи среди американских медиков возникло движение «За смертную казнь электричеством». Почему именно врачи выступили в первых рядах сторонников этого способа казни, вполне объяснимо: после произнесения приговора юридические функции фактически перестают быть главными и перед исполнителями приговора встает чисто биологическая проблема — как лишить жизни человека, подвергая его наименьшему мучительству. Как казнить, а не замучить до смерти? Кто же мог более здраво судить об этом, как не врачи и биологи!? Очень многих привлекала «научность» способа: электричество стало символом прогресса и могущества человека, стало быть, ему и надлежало «творить справедливость».
Идея эта обсуждалась в прессе и в различных собраниях лет шесть, прежде чем обрела поддержку в законодательном собрании штата Нью-Йорк. Инициатором принятия закона о смертной казни посредством электрического разряда стал судья Дэвид Хилл, потрясенный неудачным повешением молодой женщины, приговоренной им к смертной казни за совершенные ею преступления. Собрание представителей штата приняло билль о казни новым способом, который был утвержден губернатором.

Создать орудие казни поручили электротехнику Гарольду Брауну, который работал вместе со своими помощниками и группой врачей. Совместно они решили, что это должно быть кресло с подведенными к нему электродами. При работе консультировались с Томасом Эдисоном, который посоветовал использовать переменный ток как более «надежный». Услыхав об этом, Вестингауз пришел в ярость: Эдисон и он конкурировали на рынке электротехники, причем Эдисон ратовал за применение постоянного тока, Вестингауз же утверждал, что переменный ток в быту более безопасен. И вот теперь, с подачи Эдисона, весь мир узнает, «что переменный ток убивает надежнее». Словом, подготовка к казни шла по-американски — с широким освещением дел в прессе, интригами и локальными сенсациями.
Наконец были построены три электрических стула, которые установили в трех тюрьмах штата: Обурн, Синг-Синг и Клинтон. Все было готово, и вот день настал — утром 6 августа 1890 г. за Кеммлером пришли.
Приговоренный выглядел, пожалуй, спокойнее всех остальных, присутствовавших при новой процедуре, хотя народу набралось немало. Целых 25 независимых свидетелей были допущены в тюрьму Обурн, из них 14 — врачи, остальные — представители прессы, крупные чины полиции и прокуратуры. Кеммлер вел себя более чем уверенно: ведь в предварительных беседах с ним врачи гарантировали, что казнь будет сродни научному эксперименту — смерть последует мгновенно, он ничего не почувствует, а его имя навек будет вписано в историю юриспруденции. Смертник чувствовал себя основным действующим лицом, главным участником важного исторического акта, испытателем новейшей машины, пусть даже она производила смерть. Он считал себя счастливчиком, которому несказанно повезло — ему дарили возможность умереть без мучений.
Прокурор спросил: «Не желаете ли что-либо заявить?» «Прежде чем отправиться в лучший мир, — сказал Кеммлер, — я желаю вам всем, господа, всего самого доброго!» Потом, немного рисуясь, он раскланялся с представителями общественности, снял арестантскую куртку, сам уселся в кресло. Когда его привязывали, он подсказывал тюремщикам, как лучше это сделать. На голову ему надвинули стальной колпак, к позвоночнику прикрепили электроды, представлявшие собой деревянные чаши 10 см в диаметре, в которых был закреплен 8-сантиметровый металлический электрод, плотно прижатый к телу Кеммлера специальными уплотнителями. Внутри стального колпака также был вмонтирован электрод. Момент наступил. Начальник тюрьмы Дэрсон дал команду, и палач Эдвин Дэвис включил рубильник, пустив ток. Тело Кеммлера прошил разряд, от которого его свело судорогой, всего перекорежило, он едва удерживался в кресле, привязанный кожаными ремнями. Вид тела, сотрясаемого разрядом, был ужасен! Через 17 секунд ток отключили, и тело замерло в кресле. Врач, доктор Спицкер, осмотрев его, заявил, что казнь свершилась — Кеммлер, безусловно, мертв. И в этот самый момент «мертвец» вздохнул, грудь его стала бурно вздыматься, тело опять свело судорогами, столь сильными, что нескольким свидетелям стало дурно. Тогда начальник тюрьмы приказал вновь надвинуть колпак на голову бьющегося в корчах приговоренного и пустить ток, что и было исполнено Дэвисом. Еще в течение 70 секунд через тело Кеммлера пропускали ток, пока в помещении, где производилась казнь, явственно не запахло жженым мясом.
Пресса сделала свое дело — не зря столько репортеров присутствовали в тот день в Обурне. Жуткие подробности потрясли воображение общества, ожидавшего от электричества некоего почти идиллического «удаления преступной особи с поверхности планеты». Газеты, за три дня до того ратовавшие за «немедленное введение» казни электричеством во всех штатах, резко изменили позицию и обрушили шквал упреков на организаторов, создателей электрического стула, исполнителей приговора. Мнения врачей, присутствовавших при этом, разделились. «Казнь электричеством — это убийство, которому нет названия!» — заявил доктор Фаулер; ему вторил доктор Джордж Шреди: «Я присутствовал много раз при исполнении смертного приговора через повешение, но никогда не видел столь возмутительного зрелища»; а вот доктор Мак-Дональд заявил, что Кеммлер умер мгновенно и без мучений.
По мнению экспертов, Кеммлер умер сразу же после того, как ток впервые прошел по его телу, а корчи и судороги были «остаточным явлением» — реакцией сокращавшихся мышц, но большинство американцев были уверены, что Кеммлера подвергли пытке и он «умер, испытывая адские муки». Подлили масла в огонь сообщения о том, что шестеро приговоренных к смертной казни, ожидавших в тюрьмах штата Нью-Йорк своего часа, узнав о том, как прошла казнь Кеммлера, были так потрясены, что у двоих психика не выдержала и они помешались. Их пришлось отправить в психиатрическую лечебницу. Четверо же других через своих адвокатов передали петицию властям, прося казнить их «по-старому, не подвергая бесчеловечным мучениям».
Доктор Мак-Дональд представил губернатору штата Нью-Йорк отчет о казни Кеммлера, в котором было сказано, что смерть преступника наступила сразу же, после первого удара электрического тока. Как и рассчитывалось до казни, нервная система и мозг, атакованные электрическим разрядом, были уничтожены моментально, после чего Кеммлер утратил чувствительность, он «перестал быть», фактически умер, ибо смерть мозга означает смерть человека. Именно так принято фиксировать остановку жизни в человеке по медицинским законам. То же, что тело его какое-то время корчилось, вполне объяснимо химическими процессами и механическими реакциями организма. Но это были уже процессы и реакции трупа Кеммлера, а не живого человека! В том же докладе отмечалось, что при подготовке казни были различные недочеты, которые впредь надлежало исправить. Основной ошибкой Мак-Дональд назвал недостаточную силу тока: провода были подсоединены к единственной в городе динамо-машине, дававшей ток и городку Обурну, способной дать 2 тыс. вольт. Теоретически этого должно было хватить для мгновенного умерщвления человека, но кто знает, сколько вольт она дала в тот момент, когда казнили Кеммлера — было утро, многие жители Обурна включили свои электроприборы, и напряжение могло упасть.
В самый разгар полемики вокруг нового способа казни большое интервью по этому поводу дал сам Томас Альва Эдисон. «В относительной неудаче казни Кеммлера виноваты прежде всего медики, — заявил Эдисон, — которые, сообразуясь с теоретическими выкладками, посчитав, что в черепе кроется центр нервной системы человека, предполагали поразить его путем прямой атаки черепа разрядом. Но по статистике из 30 смертных случаев, последовавших от воздействия электрического тока на человека … в Нью-Йорке и окрестностях за последние два года, нет ни одного, когда бы жертва поражена была током в голову, через лицо или кости черепа. Чаще всего ток убивает, проникая через руки, при этом смерть наступала мгновенно, хотя ни один из погибших не подвергался такому длительному воздействию, как Кеммлер. Объяснение этого мне видится в том, что щелочные соли, содержащиеся в человеческом организме, являются отличным проводником электричества, тогда как кости его тормозят. Руки, слегка смоченные раствором натрия, представляют собой отличный проводник, кости же черепа слабо проводят ток. Медики, консультировавшие техников и исполнителей приговора, допустили крупный просчет, присоединив электроды к голове и позвоночнику Кеммлера: ведь и волосы человека плохой проводник тока. Таким образом, неудачный выбор места присоединения электродов предопределил ослабление удара тока. Плоть Кеммлера обгорела местами, что уже доказывает, что в него проник весьма слабый заряд: если бы него обрушился, действительно, разряд в 1300 вольт, он бы моментально обуглился! Но даже при всех ошибках, совершенных при подготовке казни, можно с уверенностью сказать, что Кеммлер умер сразу же, после первого удара тока… Сокращения мышц, наблюдавшиеся после его смерти, вовсе не редки и для случаев, когда казнят другими способами, например при повешении».
Быть или не быть новому способу казни, решали в Верховном суде США, и вердиктом этого органа казнь при помощи электрического разряда была признана вполне легальной, и вскоре место на роковом горячем стуле, как окрестили новое орудие казни острословы, занял второй по счету приговоренный — убийца Джушиго, японец по крови. Его адвокаты пытались добиться отмены смертной казни для него, мотивируя это бесчеловечностью и незаконностью способа приведения приговоров в исполнение в штате Нью-Йорк. Но после решения Верховного суда вопросов ни у кого больше не возникло.
Общественное мнение успокоилось, газеты сообщали о том, что почти одновременно с казнями людей при помощи электричества стали забивать скот на бойнях Нью-Йорка. Таким образом легальное убийство при помощи электричества стало частью американского быта, вошло в историю, а в некоторых штатах «горячие стулья» работают и поныне, отправляя преступников в мир иной по дорожке, проторенной Кеммлером, Джушиго и другими «первопроходцами».

Валерий ЯРХО